Два дня

Автор Самвел Мужикян / 16 Июля 2013

Опубликовано 16 Июля 2013

Прочитано 1797 раз

Какое счастье, когда ты занимаешься своим любимым делом. А когда тебе предлагают интересный, добротный материал, неважно в театре ли, в кино ли, да еще когда во главе дела вразумительный человек – это счастье вдвойне.

Сердце твое обволакивается сладким, дурманящим бальзамом предвкушения от предстоящей радости познания чего-то нового, неизведанного. Мозг начинает отключаться от повседневности и быта – фантазия и воображение начинают тобой ворожить до бескрайности. Я говорю так, потому что со мной так бывало, нечасто, но бывало. И я каждый раз с нетерпением ожидаю, что вот-вот, ну, вот это… будет то, что надо, но… Но не все так красиво и безоблачно, потому как тут же начинаются сомнения, мучения внутри себя. В конце концов твои решения и предложения могут быть легко отклонены, и ты бываешь в эти секунды, минуты подавлен, оскорблен, как тебе кажется. Ты не понят и отвергнут. Но вдруг опять что-то «воскрешает» тебя, и ты опять «загораешься» и… все сначала, весь путь целиком.

Как-то давным-давно, лет пять, шесть назад, кто-то из актеров пригласил на спектакль кинорежиссера Малюкова Андрея Игоревича. Этот артист у него снимался, ну, словом, пригласил, и тот случайно пришел. Спектакль был хороший, зритель тепло его принял, и Андрей Игоревич разделял с ними их мнение. Я переодевался, когда ко мне подошел наш артист и поведал, что со мной хочет познакомиться А.И.Малюков. Конечно же, я знал его работы, и они мне чрезвычайно нравились: «Империя под ударом», «Спецназ», «Диверсант». Я подошел, представился добродушно улыбающемуся человеку, и тот мне сказал: «Знаете, Вашу игру нельзя не отметить. Вы убедительны…». Не могу воспроизвести весь разговор целиком, но было ясно – я ему приглянулся.

Хитро прищурив глаза, он стал, как мне показалось, ожидать от меня ответного слова. Оно последовало, но я не нашелся сказать ничего умного кроме как: «Спасибо Вам». Я, правда, не знал, что мне говорить. Пауза немного затянулась, и тут он мне пришел на помощь, сказав, что он меня запомнил и обязательно задействует в своих последующих работах. Вторично его поблагодарив, я отошел, коря себя за то, что стоял, как баран, и не смог сказать ничего путного. Но что сделано, то сделано!

Шли годы, режиссер этот снимал картину за картиной, они выходили по центральным каналам, в кинотеатрах, ну, и я, соответственно, во всех них отсутствовал. Но однажды, мне от него позвонили и пригласили без проб на роль, правда, эпизодическую. Вначале, не скрою, я обрадовался, что буду у него сниматься: «Помнит, значит!». Потом расстроился – эпизод? Всего два дня!? Да и роль какого-то барышника начала прошлого века (картина историческая, про Распутина). Но прочитав сцену, я так увлекся этой ролью, что стал с нетерпением ожидать начала съемок. Хороший материал, есть что играть – есть характер. Здорово!

Пришлось ждать месяц! Месяц у меня в голове носился мой персонаж, давая о себе знать в самых неожиданных местах. Ехал ли я за рулем, плавал ли я в бассейне, с кем-то беседовал…Он просто меня достал. Я уже знал, как он говорит, выглядит, хотя последние его черты окончательно сложились во время съемок. И вот оно настало. Костюм мне был не чужд, где-то я его себе таким и представлял, гримеры учли мои пожелания и сделали с моей головой то, что я хотел. Осталось только «выпустить» из себя, сыграть, что задумал. Андрей Игоревич умно и талантливо вел меня к своему решению, и я, не мешая ему, старался осуществить свое. Естественно, были репетиции, где стало понятно, что расхождений во взглядах между нами нет. Всего две коротенькие сцены, но я получал удовольствие от дубля к дублю, от работы с ним, с актером, который играл цыгана, с Машковым – Распутиным. Классный актер и человек Машков – нет слов! Мне с ним было по-человечески комфортно.

Когда прозвучало «Стоп. Снято!», я сразу же подошел к А.И. с вопросом: «Было хорошо или очень хорошо?». Лицо моего собеседника, не сходя с места, несколько раз трансформировалось, что выдавало, что голова усиленно работала над переработкой только что поступившего вопроса. Ответом был легкий выдох и добродушный смех и: «Очень хорошо. Превосходно!»

На второй день я просто подыграл Машкову в его сцене короткой фразой, но для него в этой сцене очень важной. Все! Всего два дня, два дня!! Но, черт возьми, почему-то они для меня очень дороги. Хочу еще!!!